Две девчушки в цветных сарафанчиках, сшитых заботливыми руками мамы, азартно прыгали по шпалам, заброшенного железнодорожного пути, постоянно меняя исходное положение тела. Когда-то, этот путь был частью большой стратегии в наступлении фашистов на Ленинград. Но теперь, разрушенный, он только вызывал воспоминания о лихих годах войны.
Дети любили сюда ходить. Здесь, им все было интересно! — С высокой насыпи, хорошо просматривалось болото с редкими низкорослыми сосенками, уходящее за горизонт. В войну, в глубине, недоступных для чужака топей, там была партизанская база и среди подростков находились смельчаки искать ее местоположение самостоятельно. Ближе к сентябрю на зеленых островках болота блестит красно- белым краем клюква, извещая, что наступает сезон ее заготовки. Слева открывался вид взорванного моста, широкий рукав реки Желчи и песчаный берег, где можно поиграть в песочек и искупаться. Справа, взгляд убегает по тропинке вдоль насыпи в лес, богатый ягодами и орехами. Крик кукушки побуждает желание узнать будущее…
Устав от упражнений, девочки присели на краю насыпи. — У меня сегодня день рождения, — объявила та, что постарше. — Я уже все приготовила к приходу мамы: вымыла пол, нарвала цветов и поставила их в кувшинчик. Очень красиво получилось!
Ее взгляд случайно выхватил внизу полянку увядающего земляничника с одиночными ягодками. – Ой, земляничка! — Сейчас наберу букетик ягод для мамы, — и продолжая тараторить: «Я очень люблю свою маму. Она обрадуется, — именинница, оттолкнувшись руками, ловко съехала на полянку на попе. — Выискивая ягодку на «ножках», приветливо сказала: А знаешь, что. Приходи со своей мамой к нам вечером чай пить…
— Моей мамы нет дома и вечером тоже не будет. — Она в районе привлекает население к уборке урожая. Война еще не закончилась и фронту нужно продовольствие — серьезно по — взрослому ответила подружка. — Нельзя допустить потерь урожая!
Некоторое время, она сверху высматривала ягодку и спохватившись, что не все сказала, продолжила: Я тоже люблю маму. Но почти не вижу ее. Скучаю. Жду. Каждый день собираю на пожне семицветик и лютики. И пол мою каждый день. И даже тетке Фросе, потому, что она угощает меня овсяным киселем. Но мама об этом не знает. Не хочу ее огорчать.
— Ты что, совсем одна? – удивилась именинница. — Тогда, я тоже буду приглашать тебя к нам на кисель…
— Не одна. У меня есть брат. Он на два года старше и присматривает за мной. А сейчас, он на Желче. Ловит рыбку, а мне велел поискать грибов на ужин, если рыбалка не заладится, — сдержанно ответила девочка. – Смотри, — переключилась она: Какая крупная гвоздика и васильки! – Давай, сплетем венки для наших мам, — и вслед за подружкой, кубарем скатилась с откоса в траву.
— Ой! – растерянно, с широко открытыми глазами, пролепетала она… — Буквально, тотчас, из-под ее маленького тельца ошалело метнулся заяц. Прячась в траве, Серый с наслаждением поедал нежный «очисток» и не ожидал гостей на свою полянку. Он громко вскрикнул, как ребенок, и задал стрекача в сторону леса…
Девочка, моментально вскочила на ноги. Такой удивительный опыт от упражнений с телом, она получила впервые и, не менее зайца, была испугана неожиданной встречей. Но это чувство быстро прошло. Когда шум от сильных лап зверька, ломающего в прыжке стебли, затих, девочки оживились и принялись за цветы. Кроме гвоздики и васильков, нарвали ромашек и клевера. Нашли уютное место в высокой траве и занялись плетением. Про зайца забыли. Их больше занимали теплые чувства к маме.
— Моя мама очень красивая. – У нее светлые волосы падают на плечи и вьются за ушком. Венок из васильков будет к ее глазкам.
— А моей маме идет красный цвет. У нее — темные короткие волосы. Я вплела в венок клевер и гвоздику и уже закончила его!
– Как мне? — Она прыгала и крутилась с венком на голове и осталась довольна – венок не сползал на лицо.
Сорвала в траве толстый длинный стебель, подошла к ольхе и стала набирать в подол короткого сарафанчика самые крупные листочки.
— Зачем, рвешь листочки?
— Сделаю» из них сумочку» и подарю тебе вместе с ягодами…
Девочки снова оказались рядышком. Полные радостных впечатлений, они стали тихонько напевать. — «На вольном, на синем, на тихом Дону … Казак уходил на большую войну, невеста его провожала…». И обе певуньи враз замолчали! Они не знали слов, но младшая ловко вышла из щепетильного положения, закончив песню экспромтом. — «Дарю я тебе на прощанье «букет», а ты поскорей возвращайся!».
— Моя мама любит эту песню. И красиво ее поет! Я попрошу ее написать нам текст.
— И еще моя мама умеет делать уколы. К ней часто обращаются за помощью…
— А моя мама – любит Чехова, знает много стихов Пушкина и Некрасова, — не отставала от нее другая ладушка. — И по вечерам учит меня. — «Дом – не тележка у дядюшки Якова. Господи боже! Чего-то в ней нет! — Седенький сам, а лошадка – каракова, вместе обоим сто лет! – с выражением процитировала она. — Еще Моя мама очень сильная. Она колет толстые чурбаки. Поднимет колун…- И – и — БАХ!.. Еще, она — ездила верхом на лошади, а по весне помогала ей тащить плуг…
Домой подружки возвращались краем леса, подбирая сыроежки, подберезовики, моховички …Но разговоры о самом любимом и близком человеке не прекращались. Мама для них — была неисчерпаемой темой! — И сейчас, в зрелом возрасте, образ Мамы солнечным светом всплывает в моей памяти, заполняет мысли и тревожит душу.
… Ты никогда не сможешь уйти от меня — МАМА! Даже спустя много лет, мы всегда рядом. – Нас нельзя разлучить!

5.03.2022 Москва
Свидетельство о публикации №222030500253